без следа, что допустил кучу ошибок при ее сотворении, но… Заклятье вышло чисто, без сучка, без задоринки, легко и красиво, словно…
"Словно мне помогли", подумал следователь. "Мне явно помогли, причем профессионально — на низких эфирных уровнях. Но кто?"
— Эй, Фигаро!
Следователь поднял глаза и обомлел: прямо над его укрытием завис Флафф.
Шпион стоял в воздухе так же легко и непринужденно, как если бы под его сапогами, подошвы которых ярко светились, был твердый каменный пол. Левитация, будь она неладна.
Флафф улыбнулся и бросил в следователя стальной шар размером с кулак. Шар ударился о пол и, вертясь точно волчок, медленно подкатился к Фигаро.
Алхимическая бомба.
Следователь заорал. Бомба, наконец, перестала крутиться, тихо хлопнула, выбрасывая медный цилиндрик запала и… ничего не произошло.
Снаряд Флаффа не взорвался.
Фигаро сглотнул вставший поперек горла ком, чувствуя, как накатывает нервное онемение, как медленно, точно во сне, двигаются руки и ноги. Он чудом избежал смерти, но понимал, что ее коса, только что просвистевшая в дюйме от его макушки, все еще занесена над ним, что нужно вставать, прятаться, бежать, но не мог заставить себя даже подняться на ноги: слишком силен был пережитый шок.
Выстрелы. Пули засвистели совсем рядом; одна из них хлопнула следователя по носу тугой струей воздуха и, срикошетив от пола, ушла куда-то под станки. Это немного привело Фигаро в чувство, во всяком случае, у него хватило сил встать.
Выстрел! Рикошет! Ругань Флаффа, щелчок перезаряжающего механизма.
Следователь посмотрел вверх: прямо ему в лицо глядело дуло пистолета. Грохнул выстрел и…пуля отскочила от невидимой стены над головой Фигаро, почти тут же потеряв скорость и звонко защелкав по каменному полу.
"Защита. Меня закрыли кинетическим щитом. Но кто? Кто?!"
А в следующий миг алое сияние вокруг сапог Флаффа погасло. Это произошло мгновенно, словно кто-то рванул невидимый рубильник и шпион, дико вопя, рухнул на пол с высоты неполных трех этажей.
Впрочем, "рухнул", в данном случае, было неподходящим выражением: Флафф упал профессионально, использовав инерцию падения для того чтобы тут же сделать перекат и принять боевую стойку с оружием наизготовку. Но у следователя появилось пара драгоценных секунд, которыми он и воспользовался, совместив ствол револьвера с конечной точкой траектории падения шпиона. Перекат Флаффа вышел неудачным — в сторону следователя, и Фигаро, прошептав бессвязную молитву, нажал на курок.
Пуля ударила Флаффу в плечо, пробила тонкую ткань комбинезона и с хрустом вошла в живую плоть, перебив кости. Шпион заорал от боли, но больше от удивления: личный щит больше не действовал. Рука Флаффа повисла безвольной плетью; пистолет выпал из ладони и отлетел в сток для отработанного масла.
Фигаро понятия не имел, почему вдруг пропала защита Флаффа, но времени задумываться над этим не было. Ему повезло, просто сказочно повезло и не воспользоваться моментом было бы смерти подобно. Следователь тщательно прицелился между глаз шпиона, задержал дыхание и…
Щелк!
Умение считать сколько раз ты нажал на курок в горячке боя — очень полезный навык…
Что хуже всего, обойма которую следователь только что расстрелял была последней. В зарядный механизм кобуры можно было вогнать до семи кассет с патронами, но весили они немало, поэтому Фигаро не любил таскать с собой больше двух — одна в револьвере, вторая в заряднике , и сейчас эта привычка грозила перейти для следователя в разряд фатальных.
Флафф усмехнулся, покачал головой и, сунув руку подмышку, извлек на свет божий маленький дамский "Вальтер" на пять патронов. В бою это была, скорее, игрушка, но в данных конкретных обстоятельствах ее вполне хватило бы прострелить следователю череп. Шах и мат.
Шпион осклабился и поднял оружие в здоровой руке.
А в следующий миг пол между Фигаро и Флаффом взорвался.
Каменная плита вспучилась огромным холмом и брызнула осколками кирпича, обнажая масляно блестевшие вены труб и кабелей. Следователя отбросило в сторону пресса, Флаффа швырнуло в проход между станками, а из образовавшейся дыры с ревом ударили струи пара, расшвыривая и сминая предупреждающие знаки на треногах.
Шпион шлепнулся на спину точно жаба, с болезненным свистом вытолкнув воздух из легких и тут же захрипев от боли в раненой руке. Следователь же, которого толчок должен был расшибить о массивную стойку пресса, почему-то изменил траекторию полета и мягко приземлился на верстак, разбросав при этом аккуратно разложенный инструмент. Что-то просвистело мимо — Фигаро успел заметить пролетающий рядом железный лист с надписью "Под защитный кожух без допуска мастера не лезь!", который в последний момент обогнул его голову по красивой параболе и, нарушая все законы физики, унесся куда-то к потолку. Следователь тут же соскочил на пол, дико озираясь по сторонам и, зачем-то, размахивая незаряженным револьвером.
Вокруг же продолжал твориться форменный кошмар: скрежетал сминаемый незримой силой металл, грохотал по кожухам станков кирпичный ливень, в полу разверзались новые провалы, откуда точно медные змеи вылетали трубы, плюющиеся паром и кипящей водой. Под потолком зажигались и гасли электрические огни, откуда-то сыпался дождь стеклянных осколков, а из люков в полу вырывались струи огня, словно где-то в подвале под цехом чихал пробуждаясь огненный дракон.
Но — странное дело! — ни один осколок стекла, ни одна капля кипятка, ни единый камушек даже не коснулись следователя, точно место где тот стоял стало неким "глазом урагана" — островок полного затишья среди хаоса бури.
Зато Флаффу пришлось туго. Вереща как заяц, шпион попытался встать на ноги, но тут же получил по спине вырванным из пола кирпичом. Флафф задохнулся и упал на колени, а в следующий момент одна из шипящих труб с оттяжкой ударила его в живот. Шпион кувыркнулся в воздухе, но каким-то чудом умудрился откатится под прикрытие массивного бочкообразного агрегата непонятного назначения, под которым оставалась пространство вполне достаточное, чтобы туда мог поместиться человек.
А потом…
Фигаро думал, что к своим годам уже с головой навидался странных вещей. В любом случае, чем-то удивить человека имевшего беседу с демоном в свободном состоянии и лично наблюдавшего за контратакой Колдовского Корпуса на танковый блиц Рейха было довольно сложно. Но то, что произошло в следующие секунды настолько ошарашило следователя, что он просто застыл с поднятой головой и широко открытым от изумления ртом.
Громады станков с душераздирающим скрежетом начали вырываться из пола. Пресс, рядом с которым стоял Фигаро, издал свистящий звук, очевидно, ничтоже сумняшеся, записав себя в паровозы, а затем, с хрустом выдрав основание из подушки бетонного фундамента, взмыл в воздух.
Взлетали сверлильные станки, волоча за собой трубы
